ПОЧЕМУ МИРОВУЮ ЭКОНОМИКУ ЖДЕТ ПРОЦВЕТАНИЕ, А НЕ КРАХ

Автономная некоммерческая организация "Цифровые Антихрупкие Инициативы
+7 495 999 99 99
+7 495 999 99 99
|
|
Цифровые технологии
|
|
|
|
|
Просвещенные специалисты долгие годы, и особенно последние месяцы, с затаенным дыханием ждут такого жуткого «черного лебедя» — чернейшего из лебедей! — как крах американской экономики. Не только доллар, говорят они, суть бумажка и мыльный пузырь, но еще и за последний чумной год в рамках безудержной кейнсианской оргии этой бумажки напечатано и «сброшено с вертолета» в экономику беспрецедентное количество. (Посмотрите статистику галопирующих валютно-долларовых банковских резервов по всему миру и ужаснитесь. Плюс сейчас главный кочегар мировой экономики Джанет Йеллен собралась добавить в топку и еще парочку триллиончиков своего энергетического продукта.)

Эти супердешевые деньги в суперогромных количествах наращивают долговую нагрузку как частных лиц, так и государств. Совершенно ясно, сетуют специалисты, что данная кредитно-денежная невоздержанность ничем хорошим кроме очередного финансового «черного дня» — на этот раз сокрушительного — закончиться не может.

Здравый смысл говорит: коллеги правы. И вместе с тем, так ли страшен черт, как его малюют? Признаюсь: не уверен, что долг объективно существует. Почему я так говорю, и как я себе это представляю? Упрощая, долг выглядит следующим образом: я должен вам, вы должны Василию, а Василий должен мне. В среднем, суммируя наш долг, мы втроем — я, вы и Василий — никому ничего не должны. Долг, на мой прищуренный скептический взгляд, не является проблемой, потому что в абсолютном смысле долга не существует. Долг есть лишь наша внутренняя договоренность между собой. Причем, эта договоренность может быть изменена, подвергнута разнообразному пересмотру. Существуют банкротства, дефолты, гиперинфляции, взаимозачеты, перерасчеты, банальное воровство и уход от обязательств, и т. д., и т. п. Вовсе нет никакого самодовлеющего капитала, который существует как объективная непреклонная безжалостно растущая марксовая реальность.

Ко всему прочему, есть и моральный аспект ситуации. Следует допустить свободу «капиталистических актов между взрослыми людьми». Когда мы говорим о долге, не существует никакого объективно, свыше заданного добра или зла. Каждый человек, решай сам! Хочешь — бери деньги в долг, и имей этот долг. Не хочешь — не бери деньги в долг, и не будешь иметь долга. Либо, если взял и расхотел — распродавай имущество, возвращай долг, и не будешь иметь долга. С моей оголтелой ультралиберальной точки зрения на вещи — основанной на предпосылке о том, что мы, люди свободны и мы, люди добровольно сотрудничаем друг с другом, либо добровольно отказываемся от сотрудничества — долг по определению не может являться проблемой. Если долг приносит тебе вред, а не пользу — не бери его. Если алкоголь приносит тебе вред, а не пользу — не пей его. Нет драмы, есть выбор и самоопределение.

В ответ же на убийственную статистику неподъемной долговой нагрузки по различным странам (почти 30% в России, 100%+ в США и т. д.) хочу процитировать классика, величайшую русско-американскую писательницу XX века Айн Рэнд: «Честный человек — это тот, кто знает, что он не может потребить больше, чем он произвел». С моей отмороженной ультралиберальной точки зрения — основанной на уважении к свободе, достоинству, выбору, разуму человека — все, что отражает статистика неподъемной долговой нагрузки, есть лишь количество людей, желающих жить не по средствам.

Итак, резюмируя, утрируя, долг суть добровольная договоренность сторон, а не некий внешний рок, ломающий судьбы вопреки добру и справедливости. Долг есть наши обещания друг другу. Либо мы эти обещания выполним — и тогда проблемы нет. Либо мы обещания не выполним — и в этом случае нам лишь останется друг другу этот проступок простить — а потому, в конечном счете, проблемы тоже нет!

В окончательном же итоге, по большому счету, деньги — и, следовательно, долговая нагрузка — не имеют значения. «Кесарю кесарево, а Богу богово». Не в этом — не в продаваемом и не в покупаемом за деньги — высшие смыслы человеческого существования. Не фантиками, не бусами меряется душа. Поэтому и не вперивайте взор в эти финтифлюшки, считая, что они каким-то образом ограничивают, каким-то образом понукают человека. Ничего подобного. Бусы бусами; высшему же в человеке нет до них никакого дела.

Буду совсем окончательно искренним. Есть и еще одна причина, по которой я верю в американскую экономику. Дело в том, что Америка — это страна, в центре которой стоит статуя Свободы. (Не страна, где в центре лежит мертвый коммунистический диктатор, а страна, в чьем сердце, на пьедестале стоит Свобода!) Хоть и сказано в Скрижалях не творить себе кумира, но я восхищен этой смелостью, дерзостью американского народа. Я верую в моральный триумф этого поступка, этого решительного заявления о ценностях. Просвещенные специалисты долгие годы, и особенно последние месяцы, с затаенным дыханием ждут такого жуткого «черного лебедя» — чернейшего из лебедей! — как крах американской экономики. Не только доллар, говорят они, суть бумажка и мыльный пузырь, но еще и за последний чумной год в рамках безудержной кейнсианской оргии этой бумажки напечатано и «сброшено с вертолета» в экономику беспрецедентное количество. (Посмотрите статистику галопирующих валютно-долларовых банковских резервов по всему миру и ужаснитесь. Плюс сейчас главный кочегар мировой экономики Джанет Йеллен собралась добавить в топку и еще парочку триллиончиков своего энергетического продукта.)

Эти супердешевые деньги в суперогромных количествах наращивают долговую нагрузку как частных лиц, так и государств. Совершенно ясно, сетуют специалисты, что данная кредитно-денежная невоздержанность ничем хорошим кроме очередного финансового «черного дня» — на этот раз сокрушительного — закончиться не может.

Здравый смысл говорит: коллеги правы. И вместе с тем, так ли страшен черт, как его малюют? Признаюсь: не уверен, что долг объективно существует. Почему я так говорю, и как я себе это представляю? Упрощая, долг выглядит следующим образом: я должен вам, вы должны Василию, а Василий должен мне. В среднем, суммируя наш долг, мы втроем — я, вы и Василий — никому ничего не должны. Долг, на мой прищуренный скептический взгляд, не является проблемой, потому что в абсолютном смысле долга не существует. Долг есть лишь наша внутренняя договоренность между собой. Причем, эта договоренность может быть изменена, подвергнута разнообразному пересмотру. Существуют банкротства, дефолты, гиперинфляции, взаимозачеты, перерасчеты, банальное воровство и уход от обязательств, и т. д., и т. п. Вовсе нет никакого самодовлеющего капитала, который существует как объективная непреклонная безжалостно растущая марксовая реальность.

Ко всему прочему, есть и моральный аспект ситуации. Следует допустить свободу «капиталистических актов между взрослыми людьми». Когда мы говорим о долге, не существует никакого объективно, свыше заданного добра или зла. Каждый человек, решай сам! Хочешь — бери деньги в долг, и имей этот долг. Не хочешь — не бери деньги в долг, и не будешь иметь долга. Либо, если взял и расхотел — распродавай имущество, возвращай долг, и не будешь иметь долга. С моей оголтелой ультралиберальной точки зрения на вещи — основанной на предпосылке о том, что мы, люди свободны и мы, люди добровольно сотрудничаем друг с другом, либо добровольно отказываемся от сотрудничества — долг по определению не может являться проблемой. Если долг приносит тебе вред, а не пользу — не бери его. Если алкоголь приносит тебе вред, а не пользу — не пей его. Нет драмы, есть выбор и самоопределение.

В ответ же на убийственную статистику неподъемной долговой нагрузки по различным странам (почти 30% в России, 100%+ в США и т. д.) хочу процитировать классика, величайшую русско-американскую писательницу XX века Айн Рэнд: «Честный человек — это тот, кто знает, что он не может потребить больше, чем он произвел». С моей отмороженной ультралиберальной точки зрения — основанной на уважении к свободе, достоинству, выбору, разуму человека — все, что отражает статистика неподъемной долговой нагрузки, есть лишь количество людей, желающих жить не по средствам.

Итак, резюмируя, утрируя, долг суть добровольная договоренность сторон, а не некий внешний рок, ломающий судьбы вопреки добру и справедливости. Долг есть наши обещания друг другу. Либо мы эти обещания выполним — и тогда проблемы нет. Либо мы обещания не выполним — и в этом случае нам лишь останется друг другу этот проступок простить — а потому, в конечном счете, проблемы тоже нет!

В окончательном же итоге, по большому счету, деньги — и, следовательно, долговая нагрузка — не имеют значения. «Кесарю кесарево, а Богу богово». Не в этом — не в продаваемом и не в покупаемом за деньги — высшие смыслы человеческого существования. Не фантиками, не бусами меряется душа. Поэтому и не вперивайте взор в эти финтифлюшки, считая, что они каким-то образом ограничивают, каким-то образом понукают человека. Ничего подобного. Бусы бусами; высшему же в человеке нет до них никакого дела.

Буду совсем окончательно искренним. Есть и еще одна причина, по которой я верю в американскую экономику. Дело в том, что Америка — это страна, в центре которой стоит статуя Свободы. (Не страна, где в центре лежит мертвый коммунистический диктатор, а страна, в чьем сердце, на пьедестале стоит Свобода!) Хоть и сказано в Скрижалях не творить себе кумира, но я восхищен этой смелостью, дерзостью американского народа. Я верую в моральный триумф этого поступка, этого решительного заявления о ценностях.

Product
  • О нас
  • Клуб
  • Контакты
Education
  • Инициативы
  • Цифровык технологии
  • Семинары и вебинары
Help
  • Контакты
  • Блог
  • Политика конфиденциальности
Подпишись на свежие новости
© 2021 Цифровые антихрупкие инициативы
Made on
Tilda